homaaxel (homaaxel) wrote,
homaaxel
homaaxel

Category:

История про Марлен Дитрих и Ремарка

В сообществе ВКонтакте "Люблю читать книги" нашла прекрасную историю про любовь Марлен Дитрих и Ремарка. Делюсь с вами:

"Мы до боли заждались друг друга. У нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего".
(Э.М.Ремарк, из писем к Марлен Дитрих)

Тихим сентябрьским утром 1970 года на швейцарском кладбище Ронко в кантоне Тичино хоронили Ремарка - певца «потерянного поколения», подарившего миру «Трех товарищей», «Триумфальную арку» и «Жизнь взаймы». Похороны были скромные. Вдова, все еще красивая брюнетка в элегантной шляпке с густой черной вуалью, держалась мужественно, неподвижно глядя в разверзшуюся пропасть могилы.

На кладбищенской аллее остановился шикарный черный автомобиль, и вышедший из него посыльный передал ей огромный букет бордовых роз и маленькую визитную карточку. Бросив взгляд на визитку, вдова изменилась в лице. Она отшвырнула букет вместе с карточкой в кусты сирени и велела могильщикам завершать погребение, первой бросив на гроб горсть сухой земли. В толпе зашушукались: «От кого были цветы? Посмотрите, чья карточка?»

Какой-то расторопный журналист разыскал смятую бумажку в траве и прочел вслух: «Прощай, любимый! Марлен Дитрих». Стоявшая рядом с ним дама преклонных лет вздохнула: «Бедняжка Полетт! Я слышала, она сожгла все письма этой Дитрих, но разве можно сжечь людскую память? Для всех она вдова Ремарка, но любил-то он совершенно другую женщину..

Впрочем, в жизни Ремарка было много женщин. Его любовницами в разное время были немецкая актриса Грета Гарбо, американская манекенщица русского происхождения Наташа Браун и кинозвезда 30-х годов Хеди Ламарр. Но любовью всей его жизни стала Марлен Дитрих.

Вернувшись после Первой мировой войны с двумя ранениями и без единой награды, сын ремесленника Эрих Ремарк неожиданно уговорил обнищавшего барона Хуго фон Бухвальда за 500 рейхсмарок усыновить себя и таким образом приобрел дворянский титул. Молодой человек одевался у лучших портных, стал носить монокль и в общем-то пользовался большим успехом у прекрасного пола.

Успех этот возрос вдвое, когда вышел его роман «На Западном фронте без перемен», написанный за несколько месяцев, пока Ремарк жил в берлинской квартире своей подружки Лени Рифеншталь (в будущем - любимого режиссера Гитлера). К тому времени автор был женат на танцовщице Ютте Замбоне (страдавшей чахоткой и ставшей прототипом героинь его главных пронзительных книг о любви «Три товарища» и «Жизнь взаймы»). Правда, оба супруга не сдерживали себя обетами верности и дорожили своей свободой.

В 1929 году они разведутся, устав от обоюдных измен, хотя Ремарк спустя годы вновь женится на ней, чтобы помочь получить американское подданство и тем самым спасти от нацистов. (Фашизм в Германии уже поднимал голову, и книги Ремарка были запрещены как «принижающие героику немецкого солдата».) Он будет вынужден бежать в Швейцарию, где купит виллу и заживет отшельником, довольствуясь мимолетными связями с женщинами.

Очень быстро Ремарк пристрастился к кальвадосу, который вскоре станут пить и герои его произведений а вслед за ними и вся Европа. Ремарк будет жаловаться друзьям на подавленное настроение, у него разовьется нервная экзема. Позже доктора поставят диагноз: завышенные требования к жизни и сильная зависимость от любви других людей. Впереди романтика и автора прекрасных и нежно-горьких романов о любви ждал самый мучительный роман. По имени Марлен.

Отношения с загадочной и самой знаменитой кинодивой прошлого века Марлен Дитрих складывались странно: эти двое любили и мучили друг друга одновременно, она делала ему больно, а Ремарк страдал, но продолжал боготворить. Если сравнить описание главной героини романа «Триумфальная арка», ресторанной певицы Жоан Маду, с портретом Дитрих, отпадут всякие сомнения, с кого автор писал эту женщину: «Красавица, возбуждающая и пропащая, с высоко поднятыми бровями и лицом, тайна которого состояла в его открытости. Оно ничего не скрывало и тем самым ничего не выдавало. Оно не обещало ничего и тем самым — все».

Во время работы над этой книгой Ремарк провел лето вместе с семьей Марлен на курорте Антиб на юге Франции. Семья состояла из единственного официального мужа Марлен Рудольфа Зибера (до конца жизни остававшегося ее другом и советчиком), их тринадцатилетней дочери Марии и ее гувернантки -русской эмигрантки дворянского происхождения Тамары Матул, бывшей по совместительству любовницей Зибера.

Это было жаркое лето! Пока Ремарк трудился над новой главой, запершись в комнате, Марлен проводила ночи на соседней вилле, принадлежащей послу США в Англии Джозефу Кеннеди, отцу будущего президента Джона Кеннеди. Влюбленный Ремарк писал страстные записки: «Ах, что мне известно о твоих коленях, о твоих приподнятых плечах? И что о твоих запястьях и о твоей коже, отливающей в матовую белизну? Какая прорва времени потребуется мне, чтобы узнать все это! Мне понадобится столько времени, что волосы мои поседеют, а в глазах моих потемнеет - иного промежутка я и не знаю».

Но Дитрих лишь посмеивалась и в ответ могла с невинным видом рассказать, каким «приемам» в постели научил ее когда-то Хэмингуэй.

После окончания пляжного сезона семья вернулась в Париж, а затем отправилась в Голливуд, обещавший возобновление кинокарьеры Дитрих. Ремарк остался во Франции, чтобы закончить книгу, и жил в ожидании писем от своей возлюбленной. "Ну что это за жалкая жизнь! — жаловался он ей. - Ты на другой стороне Земли и время от времени только и делаешь, что возьмешь да пошлешь телеграмму. Разве написать письмо так трудно?"

А ей было некогда, ведь в ожидании получения американского гражданства она завела роман с голливудским красавцем Орсоном Уэллсом. Ремарк бросает все, приезжает в Голливуд. Он предлагает ей выйти за него замуж, но в ответ от Марлен слышит, что "сегодняшняя жизнь ее вполне устраивает".

Ремарк раздавлен, но он не может отказаться от мечты всегда быть рядом с Дитрих. Ее дочь Мария в своих воспоминаниях в биографии о том периоде жизни назовет его «Сирано с Беверли-Хиллз»: «Он жил для того, чтобы услышать шум машины матери, подъезжающей к дому, телефонный звонок Марлен, что она одна и ему дозволяется, прокравшись через дорогу, заключить ее в объятия». Ремарк так измучен этой любовью, что не может работать. Наконец в письме, написанном в январе 1939 года, он уже не в силах скрывать свое отчаяние:

«Сегодня утром я был просто парализован страстной тоской по тебе. Мне казалось, что я не смогу выпрямить руки, так сильно они сжались; у меня было такое состояние, что мне почудилось, будто мои руки и грудь вот-вот разорвутся и хлынет кровь»...

А ведь романтично все начиналось! В сентябре 1930 года он впервые повстречал ресторанную певичку с красивыми ногами Марлен Дитрих в Берлине, в баре отеля «Эден». И был крайне удивлен, когда после выступления застал ее за барной стойкой с томиком стихотворений Рильке. Дитрих с улыбкой протянула ему книгу и предложила выбрать любое стихотворение, а когда он назвал первое, пришедшее в голову, она прочла его наизусть своим завораживающим низким голосом.

Ремарк был очарован, но в тот вечер он выпил слишком много кальвадоса, чтобы продолжить знакомство, а наутро удивительной соотечественницы уже не было в отеле. На протяжении следующих семи лет он не мог забыть эту короткую встречу и смотрел все картины с участием Дитрих.

Если верить дочери Дитрих, вторая встреча ее матери с Ремарком произошла в 1937 году на кинофестивале в Венеции. В обеденном зале «Отеля де Бэн» Марлен Дитрих сидела за столиком со своим мужем Руди Зибером и кинорежиссером Джозефом Штернбергом, когда к ним подошел элегантный мужчина с тонкими чертами лица. «Герр фон Штернберг? Мадам? Разрешите представиться: Эрих Мария Ремарк». - «Вы слишком молоды для автора величайшей книги нашего времени»,- сказала Марлен, внимательно рассматривая незнакомца. «Я написал бы ее лишь для того, чтобы услышать, как вы это произносите», - галантно ответил он и поклонился.

Вскоре они уже кружились по паркету, не замечая никого вокруг. На Марлен было ее любимое платье от Жана Ауи из ткани телесного цвета, на которую были искусно нашиты стразы, блестки и жемчуг, что создавало эффект обнаженного тела, окутанного звездной пылью. Ремарк утонул в глазах «белокурого сфинкса». «Я хочу быть с тобой рядом, и больше мне ничего не надо, - напишет он ей вскоре из Порто-Ронко. - Ты должна знать, что я есть. И не должна ничего бояться. Ты должна чувствовать, что я всегда буду с тобой и что в твоей жизни никогда больше не будет одиночества».

Тогда они были необходимы друг другу: он излечил ее от депрессии, в которой она пребывала из-за отсутствия предложений сниматься в кино, а она спасла его от щемящего чувства одиночества в эмиграции. Он будет называть ее то «орхидеей из стали», то «маленькой грустной пантерой со светлой шерсткой», то своей «золотой пумой», но очень скоро убедится, что этих хищников можно удержать в неволе, но приручить не удастся, сколько ни старайся...

Если герой «Триумфальной арки» доктор Равик смог порвать с бессердечной Жоан, однажды бросив ей в лицо: «Ты подлая стерва! Убирайся ко всем чертям со своей дешевой загадочностью!», то Ремарку окончательно расстаться с Марлен так и не удалось. 30 сентября 1938 года он, как заклинание, напишет в своем дневнике: «Работать. Работать. Прочь от пумы! Прочь, прочь! В этом нет больше никакого смысла!» Однако в душе все еще будет надеяться на что-то. А между тем Марлен меняла любовников как перчатки. Ремарк обратился за помощью к психиатрам. Те вынесли неутешительный вердикт: «завышенные жизненные притязания и сильная зависимость от любви других людей».

Нужно было срочно что-то менять, и в 1953 году Ремарк решается поставить Дитрих перед выбором: выйти за него замуж, или он женится... да хоть бы и на актрисе Полетт Годдар, бывшей жене Чарли Чаплина, красивой и богатой! Но на горизонте Марлен в то время замаячил француз Жан Габен, и угроз Ремарка она боялась не больше, чем тигр боится блеяния пойманного ягненка.

Ремарк сдержал слово. Он женился и с воодушевлением принялся работать над романом «Время жить и время умирать», который впоследствии посвятил жене. Злые языки поговаривали, что это был странный союз. Было в нем что-то от отчаяния утопающего, схватившегося за соломинку. Ремарк безвыездно жил в Швейцарии, а Полетт успешно снималась в кино по всему миру, и супруги большей частью общались в письмах. «Твой вечный трубадур, муж и поклонник»,- неизменно подписывался Ремарк, прикладываясь к своему любимому кальвадосу гораздо чаще, чем в молодости. Друзьям он говорил, что не может трезвым общаться с людьми, даже с самим собой. В 1967 году, когда немецкий посол в Швейцарии вручит Ремарку орден ФРГ, за его плечами будет уже два сердечных приступа. Жить ему оставалось три ничем не примечательных грустных года...

А «золотая пума» пережила Ремарка на долгих 22 года. Оставив кино, она поселилась затворницей в парижской квартире со знаменитыми «стенами памяти»: на одной висели ее собственные фото, а на другой - фото дорогих ей людей. Она перестала давать интервью, встречаться со знакомыми и, по одной из версий, однажды приняла слишком много снотворного. Но незадолго до этого, разглядывая выцветшее фото Ремарка, она призналась своему секретарю Марио Зиммелю: «Боже, как я любила этого человека!» После смерти Дитрих ее дочь Мария решила подготовить к печати письма Ремарка, хранившиеся у матери, и обнаружила на них отчетливые следы слез...

Автор биографии: Наталья Туровская
Tags: Про людей
Subscribe

  • (no subject)

    В эти выходные в России проходят Дни культурного наследия. Многие музеи, усадьбы будут работать бесплатно. Правда, кто-то будет ждать гостей 15…

  • Хоть какой-то шаг для раздельного сбора мусора...

    Это страшно и жутко, что в России до сих пор принято весь мусор, одной кучей, выбрасывать, не перерабатывая. И вне городов растут огромные кучи…

  • Про отель Stony Island

    Грустно, что со временем наши любимые отели портятся. Иногда они снижают качество и повышают цены одновременно. Например, так произошло в Бресте и в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments